Эксперты: Электронные браслеты не решат проблему домашнего насилия в Молдове

Однако между принятыми нормами и их применением на практике по-прежнему существуют серьезные пробелы. Специалисты в области психологии, права и защиты жертв отмечают нехватку эффективной работы с агрессорами, надлежащей оценки рисков, специализации профессионалов и единой системы, которая позволяла бы отслеживать каждый случай от первого обращения до его окончательного разрешения, пишет moldova1.md

Клинический психолог и психотерапевт Андрей Кочуг из Общественного центра психического здоровья в Новых Аненах считает одной из проблем небольшое число программ и специализированных центров по работе с агрессорами.

«Проблема более многогранная и сложная, в том числе с психологической точки зрения. Потому что, с одной стороны, мы говорим о жертве, но не менее важно и то, что мы делаем с агрессором. Сколько у нас в Республике Молдова центров, которые работают с агрессорами? По разным причинам агрессоры к нам не приходят. Кроме того, центры, где с ними работают, можно пересчитать по пальцам одной руки», — заявил Кочуг.

Специалист сравнивает нынешнюю ситуацию с наличием современных законодательных инструментов, для эффективного применения которых нет необходимой инфраструктуры.

«У меня такое впечатление, что на законодательном уровне мы как новые самолеты, купленные за границей, — очень современные и хорошо оснащенные. Мы их купили и теперь самые крутые, но у нас нет ни аэропорта, ни обученных пилотов. Вот в чем проблема — на уровне структуры и системы», — отметил психолог.

По его словам, отсутствие четких и незамедлительных последствий для агрессоров снижает эффективность принимаемых мер. При этом жертвы могут винить себя в пережитом насилии или даже защищать агрессоров.

«Женщина говорит мне: „Вот, муж меня избил, но я это заслужила. Надо было держать рот на замке“. Мы знаем случаи, когда после неоднократных избиений агрессора отправляют в тюрьму, а жертва носит ему передачи с едой, плачет и подает ходатайства о его освобождении, потому что простила его», — рассказал Кочуг.

Адвокат Вадим Виеру считает, что отсутствие эффективной защиты после сообщения о насилии может удерживать других жертв от обращения в государственные учреждения.

«Если жертва решает сообщить о случае насилия, самое главное — чтобы она чувствовала себя в безопасности. И в большинстве случаев жертвы такой безопасности не получают. Это сигнал, который отбивает у них желание обращаться за помощью», — заявил адвокат.

Виеру приводит в пример случай в Магдачештах, утверждая, что жертва подавала жалобы еще в октябре-ноябре 2025 года и власти должны были проявить повышенную бдительность.

По его мнению, увеличение числа электронных браслетов недостаточно, если первоначальная оценка риска и действия государственных учреждений остаются неэффективными.

«Браслет — лишь технический инструмент контроля. Безопасность жертвы начинается не с браслета. Она начинается с первого контакта с властями, с того, как они оценивают риски и обеспечивают реальную защиту», — пояснил Виеру.

Адвокат утверждает, что бывают и ситуации, когда женщины, не получившие своевременной защиты, вынуждены защищаться самостоятельно, а впоследствии их осуждают за действия против агрессоров.

Исполнительный директор Центра женского права и первый вице-председатель GREVIO Анджелина Запорожан-Пыргарь обращает внимание на юридическую квалификацию случаев домашнего насилия.

«В Центре женского права мы видим, что в Республике Молдова по-прежнему существует двойная квалификация актов домашнего насилия — в Кодексе о правонарушениях и Уголовном кодексе. Мы неоднократно выступали за то, чтобы Республика Молдова квалифицировала насилие непосредственно в Уголовном кодексе», — заявила эксперт.

Она также считает, что использование формулировки «семейный конфликт» во внутренних процедурах может преуменьшать серьезность случаев насилия.

«Понятию „семейный конфликт“ там не место. Если я взяла телефон и позвонила по номеру 112, это уже не конфликт, потому что конфликт предполагает равенство сторон. Когда же я звоню в полицию, мне нужна помощь», — пояснила Запорожан-Пыргарь.

Председатель Платформы женщин-депутатов парламента Марчела Адам считает, что необходима более узкая специализация полицейских, судей и социальных работников, которые занимаются случаями насилия.

Она также выступает за создание интегрированной информационной системы, которая позволила бы властям отслеживать путь жертвы от первого звонка в полицию до окончательного разрешения дела.

«Если мы хотим увидеть, где система дает сбой или где существуют пробелы, из-за которых жертва не получает всех необходимых услуг или защиты, нам нужна интегрированная информационная система», — заявила Адам.

Обсуждение эффективности механизмов защиты активизировалось после убийства в Магдачештах, произошедшего 31 августа.

3 сентября премьер-министр Василе Тофан объявил о пяти мерах по улучшению защиты жертв и контроля за агрессорами. Среди них — введение пограничного контроля в отношении лиц, находящихся под соответствующими ограничениями, предоставление Генеральному инспекторату полиции доступа к платформе мониторинга, ужесточение наказаний за несоблюдение защитных предписаний и увеличение количества электронных устройств мониторинга.

Позднее, 9 сентября, правительство объявило о закупке 60 устройств мониторинга, которые планируется ввести в эксплуатацию с 10 сентября.